Кейс №1

«Он сказал: “Мне всё равно” — и отвернулся»

Я спросила спокойно:
— «Ты не хотел приходить, да?»
Он пожал плечами.
— «Мне всё равно.»
— «Если бы не мама — не пришёл бы?»
— «Конечно.»

А он сидел рядом.
Капюшон натянут. Взгляд — в пол.

{Семейная система}

Ему было 15.
Ко мне он пришёл не по своей воле. Его притащила мама, с глазами, полными ужаса.
— «Он перестал разговаривать…»
— «Закрылся в себе…»
— «Сидит в телефоне, не ест, не спит…»
— «Я боюсь. Боюсь, что однажды войду в комнату и…»
Голос сорвался.

Молчание — агрессивное, острое, как лезвие.

Потом пошло.
Тихо. Рывками.

Жизнь, в которой он чувствует себя лишним.

Отец, который ушёл и больше не появился.

Школа. Насмешки.

И тогда он впервые посмотрел не сквозь меня, а в меня.
И там — в его взгляде — было ВСЁ.
Страх. Боль. Ненависть. Надежда, от которой он сам отворачивался.

На третьей встрече — неожиданно:
— «А вы… правда слушаете? Или просто делаете вид?»
Я не улыбнулась. Не ободрила.

Я сказала правду:

Я не ломала. Не давила.
Я просто была рядом.
Мы сидели. Иногда говорили. Иногда нет.
Я видела, как он проверяет меня — глазами, молчанием, равнодушием.
Проверяет: ты как все? или останешься, даже если я отталкиваю?

—

Словно бетонная стена между нами.

И снова тишина.

Он не хотел умереть.
Он просто не хотел так больше.

Мать, которая плачет, когда думает, что он не видит.

Мы работали.

Когда он опускался — я подставляла внутреннюю руку.

Когда он злился — я выдерживала.

Когда он молчал — я находила слова.

Однажды он сказал:

У него появился друг.

Он рисует.

Сейчас ему 16.

Я просто не знал, как ещё сказать, что мне больно.»

— «Вы же знаете, я тогда не имел в виду “мне всё равно”.

Иногда он улыбается.

Если ты родитель подростка и не знаешь, как до него достучаться — напиши.

Иногда «мне всё равно» — это крик о помощи, который звучит тишиной.